«Россия смотрит голливудское дерьмо либо отечественное сомнительного качества»

Александр Далматов кинорежиссёр

— Я, конечно, за весь российский кинематограф отвечать не смогу, но в Москве, в Петербурге кинематограф развит. Я бы не сказал, что снимаются такие тупые фильмы [как за рубежом]. Наверное, снимаются больше такие дешевые комедии. Они очень дешево, конечно, выглядят.

А в Татарстане кино снимается очень мало и, я бы сказал, даже слишком правильное. Это не очень хорошо даже, с одной стороны, потому что у нас же есть свои внутренние комплексы. Например, татар нельзя показывать пьющими, гулящими. Чтобы татары такими были — этого не может быть. Поэтому в Татарстане пока снимается только правильное кино.

Я думаю, сейчас нужны такие фильмы, которые бо́льшую часть зрителей приведут к экранам, позволят сохранить язык, культуру. Это должно быть не такое, скажем, очень сложное кино. Должно быть более народное, которое народ воспримет. Я в соцсетях постоянно слежу, что смотрит народ, что лайкает, что просматривает. И вот исходя из этого, надо снимать такие фильмы, которые понятны основной массе, а не элитарные, которые интересны критикам, журналистам, артистам, которые скажут: «О, вот это искусство!»

Сегодня как-то, мне кажется, надо более народное кино, народные фильмы делать. Вот чтобы они не лежали на полках и чтобы народ их видел. Просто мне самому повезло: я снял сериал, и его показали по телевизору. А очень много у нас ещё лежит на полках, даже не выставлено в интернет. Вот такая проблема. Ну и региональное кино тоже надо поддержать. Понятно, что нужно привлекать федеральную поддержку, чтобы наш кинематограф развивался. Создать татарскую киностудию, чтобы у нас киноискусство шло вперед. Потому что без создания киностудии не будет татарской киноиндустрии. А если будет киностудия, получается, будет какой-то государственный заказ, хотя бы два или три фильма в год. На этом фоне появятся сценаристы, кинохудожники, киногримеры, кинорежиссёры.

Сегодня я бы не сказал, что татарская культура на подъёме. Нет молодых авторов, нет современных тем. Народ, даже в деревнях татарских, сидит на сериале «Сваты». Это продукт, скажем, не российский. Получается, даже российский кинематограф (я уже не говорю о татарском) не достиг такого уровня, чтобы народный сериал стал любимым.

Ильдар Ягафаров председатель союза кинематографистов РТ

— Это непростой вопрос. По каким критериям мерить? Ну у нас есть хорошие картины, но иногда они не доходят до проката, в основном на фестивали попадают.

Я думаю, что нам нужны талантливые фильмы в первую очередь. И надо понимать одну очень важную вещь: для того чтобы талантливое кино появлялось, необходимо вернуть систему образования в кинематографе. Слишком у нас стало продюсерское кино, и людей набирают по принципу «кто понравился», своих друзей, друзей этих друзей и так далее. Никто не обращает внимания на высшее кинематографическое образование.

У подавляющего большинства людей, которые сейчас занимаются серьёзным контентом, нет образования. И сейчас пришло такое время, что иногда люди даже посмеиваются над ВГИКом ( Всероссийский государственный университет кинематографии им. Герасимова — прим. ред. ), над очным обучением. Зачем надо пять лет там учиться, для чего? Ну мне кажется, все равно советский кинематограф доказал, что учиться надо. Думаю, потихонечку мы к этому вернемся. Тогда, может быть, будет хорошее, талантливое, серьёзное кино.

Режиссёр — это должен быть человек всё-таки взрослый, не 18–20-летний (за редким исключением), с жизненным опытом. Это всё-таки профессия для взрослых людей. У меня в голове есть мысли заняться преподавательской деятельностью… Первое, что нужно, — это задавать вопрос: для чего человек пришел в кино? Некоторые думают, что они пришли за призами, выигрывают что-то там в прокате… Но в первую очередь человек пришел в кино для того, чтобы что-то сказать, что у него болит, за что он переживает. Тогда и появляется это талантливое кино.

Даже патриотическое кино может быть очень сильным. Почему нет? Но оно должно быть талантливым. Иногда люди двигаются за хайпом, типа сегодня идёт СВО, сейчас я сниму об СВО, да, и меня власть поддержит, медаль дадут, в кинотеатры пустят. Ну так не бывает. По-другому немножко бывает. Когда у тебя от сердца идёт, когда ты за это переживаешь искренне, может получиться. Хайпуют очень много, поэтому 90 процентов фильмов провалилось в прокате. Потому что хотят сыграть на ситуации, на времени.

Евгений Баженов блогер, обозреватель кинофильмов, ведущий YouTube-канала BadComedian

— Я посмотрел это заседание. Возможно, президент не совсем не в курсе происходящего в нашем кинематографе, что западные — тупые, не тупые, любые картины — не особо доходят до нас. Фильмы, которые вызывают вопросы, без каких-либо сложностей не допускают до проката. И в итоге в прокате только отечественные ленты. В любую неделю премьеры можно открыть — скорее всего, будут отечественные картины и какие-то полуартхаусные западные, которые три зрителя собирают.

Это ни в коем случае не ситуация 2019–2020 годов, когда было засилье западных картин. Максимум есть какие-то скрытые полунелегальные показы. И кинотеатрам от этого сложно. Бизнес кинотеатров проживает кризис. Возможно, это продвижение идеи Михалкова, потому что Никита Сергеевич имеет доступ к первому лицу. И он продвигал свою идею по квотированию давно и, видимо, здесь чуть ещё поднадавил.

Возможно, какая-то подготовка идёт на будущее. В любом случае западные фильмы рано или поздно попробуют зайти обратно на рынок. Деньги тут решают. Возможно, расчет на будущее закрепить за российским кино право на квоты, на поборы с западных картин.

Безусловно, есть в нашем прокате разные фильмы: есть идеологически вредные, опасные, есть и тупые картины, но при этом есть и хорошие, добрые картины. Если мы говорим о каких-то фильмах пропагандистского толка в положительном плане (а любая страна снимает пропаганду), то с этим дела обстоят не очень хорошо. Если мы берём какие-то военные фильмы, то пропаганда там двигается в лоб. И весьма глупо. Зритель в такую пропаганду не очень верит. Более того, она вызывает отторжение, особенно когда пытаются современные нарративы запихнуть в реплики персонажей Великой Отечественной. Или в фильмы о спорте запихивают слова современного человека, живущего в России сегодня.

Зато хорошо российское кино себя показывает в контексте добрых идей, в последнее время огромное количество сказок. Хотя эти сказки не то что с фигой в кармане, но с маленькой заточкой на маленького зрителя. Я в своих обзорах часто упоминал и разбирал того же «чебурашку», который, да, визуально хороший, маскот замечательный, но вот идеологически, что закладывают детям, вызывает вопросы. Если мы берём какое-то общее развлекательное кино, которое не претендует на воспитание, то оно в целом хорошее у нас. Опять же я рекомендовал бы фильм «Волчок». По-моему, замечательное, доброе кино, которое как раз поднимает хорошие вопросы взаимовыручки. Даже если персонажи вначале негативно друг к другу настроены и видят только заработок, то под конец они проникаются дружбой, человеческими отношениями.

Если мы говорим о кино от государства, то там должно быть доброе, вечное. А частные уже кинотеатры могут снимать все что угодно.

Сергей Лукьяненко писатель

— Снимаем мы правильные фильмы или нет, вопрос сложный. Снимают у нас много. Я далеко не всем лично доволен как зритель. Но, на мой взгляд, есть, конечно, и хорошие фильмы. К сожалению, наверное, в большей части они в сфере комедийной и развлекательной. Серьёзное кино сейчас переживает не то чтобы упадок, но оно ушло из кинотеатров. Оно стало скорее для какого-то частного просмотра, для онлайн-кинотеатров.

В целом система квотирования зарубежного кино — это вещь необходимая, иначе все сожрет Голливуд. Квотируется зарубежное кино в Китае очень серьёзно, и это привело к сильному росту китайского кинематографа. Подобные меры всегда использовались во Франции. В общем, несмотря на единый глобальный кинорынок, все страны защищаются как могут от голливудского кино как от наиболее сильного, в том числе и закрывая отчасти свой рынок, помогая ему финансово.

Это неизбежный путь, иначе у нас будет одна «Фабрика грез» на всю планету и грезы будут только те, которые утверждены там. При всей любви к Голливуду как к очень мощному кинопроизводству и очень разному я бы всё-таки не хотел, чтобы он определял то, что у нас смотрят и снимают.

Какие фильмы нужны российскому зрителю? Я скажу как писатель-фантаст: нам нужны остросюжетные фантастические фильмы. Нам необходимы фильмы о будущем, развлекательные фантастические. Детское и подростковое кино в этом жанре. Это то, что смотрит молодежь, люди активного возраста. Это зрелищные жанры, которые подразумевают очень часто именно поход в кинотеатр, а не просмотр на экране телевизора, пусть даже большого. А кинотеатр — это как раз возможность для студии заработать, получить прибыль от кино и снимать что-то дальше. Так что я бы, конечно, выступал пропагандистом фантастического кино во всех его проявлениях, потому что оно бывает и социальным, и развлекательным, и юмористическим, и детским, и взрослым — каким угодно. Для меня очень важен момент, чтобы мы выпускали не только фестивальные, драматические картины, при всей их нужности и важности, а ещё и кино, пользующееся успехом у зрителя, в первую очередь фантастику.

Дарья Митина киновед

— Проблема очень сложная и многоаспектная. Безусловно, засилье иностранного кино — это проблема. Но здесь главное в том, что очень странный выбор у нашей прокатной политики.

Я считаю, что она не просто глупая, а преступная, потому что способствует дебилизации нашего общества. Ведь дело не в том, что все иностранное кино априори плохое, а все российское априори хорошее. Просто есть засилье в нашем прокате низкокачественного, низкопробного дерьма, так называемого коммерческого кино, фильмы категории B. На мой взгляд, это совершенно сознательный выбор. И ситуация складывается шизофреническая. Наше министерство культуры одной рукой активно поддерживает собственное кинопроизводство, финансирует фильмы, создает под своим кураторством фонд поддержки регионального кино, что совершенно правильно. Но на прочих этажах минкульта сидят другие подразделения, которые отвечают за прокат.

Когда в 2022 году встал вопрос о культурной отмене России со стороны коллективного Запада, было сказано очень много хороших слов об изменении в корне культурной политики в области кинопроката. На его структуре это никак не сказалось. Мы изначально обрадовались, решили, что действительно будет большая ревизия всей нашей прокатной политики и вместо голливудских блокбастеров десятой свежести появятся лучшие образцы того же западного кино, которые, безусловно, нужно смотреть и прокатывать.

Мир огромный и большой, он не исчерпывается одними Соединенными Штатами с Голливудом. Где фильмы азиатские, ближневосточные, фильмы из той же Восточной Европы? Мы их видим в основном на каких-то фестивалях. Есть шикарный фестиваль «Неделя ибероамериканского и латиноамериканского кино», он проходит усилиями Москино, но это Москва. В масштабах России, к сожалению, этого никто не видит Допустим, «Российско-итальянский кинофестиваль». Он проходит в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске, сейчас, по-моему, ещё и в Казани. Три-четыре города — это максимум. Вся остальная Россия смотрит голливудское дерьмо, которое широким потоком льется, либо отечественное кино сомнительного качества.

Есть и замечательное авторское кино, которое достойно не только проката, но и показа в школах. Эти фильмы появляются в кинотеатрах, но без рекламы. Понятное дело, что те фильмы, которые сопровождаются мощной ресурсной рекламой, типа «Елок», адские триллионы отбивают, но все это ни уму ни сердцу.

Поэтому мне кажется, что Путин верно ухватил суть проблемы, но не очень удачно сформулировал её. Потому что звучит это исключительно для обывателя так, что сейчас все западное кино запретят, а мы будем, как в том анекдоте, «слушать валенки». На самом деле речь идёт о том, что у нас очень неправильная структура проката.

Что касается квот, то [зарубежные] фильмы будут привозить. Но если к этим решениям подойти безграмотно, это приведет к тому, что люди будут переходить на стриминговые платформы, прокат просто убьют. Все зависит от того, кто и как это будет интерпретировать, тупо установить какую-то процентовку нашего кино [неправильно].

Надо ещё учитывать объём нашего кинопроизводства. У нас в год выходит при поддержке государства около 150 фильмов. С таким объёмом кинопроизводства устанавливать какие-то квоты дело непродуктивное. Та же нигерийская кинопродукция кроет нашу, как бык овцу. Там под тысячу фильмов снимают с государственной поддержкой. Поэтому при вопросе квотирования не нужно просто тупо слизывать чужой опыт.

Максим Шевченко публицист

— Честно говоря, я не очень хорошо разбираюсь. Для меня фильмы делятся на интересные и неинтересные, на хорошо снятые и плохо снятые. Я стараюсь смотреть хорошо снятые и интересные фильмы. А идеология меня вообще не волнует. Я уже, может быть, как говорится, в другом возрасте. Может, кого-то другого должна идеология волновать. И мне не совсем понятно, что такое идеология в данном контексте.

Нужны хорошие интересные фильмы. Для каждых людей есть свои фильмы. Я вот недавно смотрел картину по роману Камю «Посторонний» Это такое сложное кино Франсуа Озона, кстати, и кому-то это, я подозреваю, будет неинтересно. Неинтересно, потому что это роман, который на меня в юности произвел такое формообразующее впечатление. А кому-то интересно будет смотреть какой-нибудь «Т-34» или «Тигр». Но мне это вообще неинтересно. Эти «поделки» мне кажутся постыдными даже, оскорбляющими память Великой войны.

Поэтому на вкус и цвет товарища нет, и я вообще не знаю, как тут можно распределять. Наверное, не надо показывать фильмы, где в издевательском ключе показываются народы России и наше прошлое. Вот их, наверное, показывать не надо. Во всем остальном… Как-то я не задумывался над этим.

Ильшат Аминов депутат Госсовета РТ, генеральный директор телерадиокомпании «Новый Век»

— Я думаю, что снимаем, у нас очень много талантливого кино. В последнее время то, что я видел, то, что я смотрел… Ну кроме «Буратино», наверное.

Я считаю, что, допустим, «Мастер и Маргарита» — довольно талантливое кино. Мне очень понравилась последняя эта работа. Я сходил на «Онегина», мне понравилось. Онегин тоже классно сделан, я сходил на Пушкина, как он называется, «Пророк», по-моему. Мне тоже понравилось это кино, очень хорошо сделанное и очень глубокое кино. Так что я уверен, что у нас есть огромное количество талантливых людей, которые могут делать хорошее кино.

Но я и за то, чтобы конкуренция сохранялась. Понятно, что квоты, но мы не должны отсекать совсем себя от мировой культуры. Потому что есть кино не только, допустим, недружественных стран. Есть очень интересное мусульманское кино опять же. Есть потрясающие китайские фильмы. Я недавно в Китае был, они снимают очень интересные картины. Ну по-моему, такая идея там прозвучала, чтобы организовать совместное российско-китайское производство фильмов. Я, например, очень даже приветствую, потому что там научились делать интересное кино. Особенно это касается боевых искусств, там это вообще у них развито. Есть чему поучиться. Экшен они снимают здорово. Поэтому я считаю, что в разумных пределах все полезно.

Нам нужно хорошее кино. Российский кинематограф славился тем, что он показывал человека. Я считаю, что гениально показать человеческую судьбу — это здорово. Я абсолютно против фильмов, которые у нас построены чисто на экшене. Я сейчас, конечно, буду выглядеть ужасно старомодным, но Тарковский для меня — это пример. Я очень люблю Тарковского. Я очень люблю Лунгина. Это вообще замечательный режиссёр. Глубокое кино, которое заставляет задуматься и которое искреннее, — это всегда было отличительной чертой нашего кинематографа. За это его ценили и в мире.

Сейчас рынок диктует, люди хотят быстрых, больших денег и поэтому снимают всякие «Елки». Ну понятно все, это фильмы на один сезон, что называется. Люди приходят, отдыхают и забывают. Также кино тоже нужно. Вопрос в том, что оно не должно доминировать, а должны быть и высокие образцы киноискусства. Без этого никак. Всегда будет и лубок, и пошлятина, но должны быть и образцы высокого искусства. Без этого никак. Если мы скатимся только к лубку и пошлятине, мне будет очень жаль.

Алексей Барыкин режиссёр

— Лично я давно поддерживаю квотирование зарубежных картин в прокате. Из стран, которые позиционируют себя в мире как суверенные и независимые, Россия едва ли не последнее государство, которое до сих пор не ввело эту практику. На мой взгляд, дело не в том, тупые фильмы или не тупые. Людям нужны и умные фильмы, и просто развлекательные, без излишней интеллектуальной нагрузки. Главное, какой посыл они несут.

Когда я учился в школе, мы по несколько раз смотрели классный американский фильм «День независимости» Роланда Эммериха. Это абсолютно развлекательный блокбастер со спецэффектами о злых инопланетянах, которые напали на Землю. По сюжету бравые американские учёные и военные, возглавив все население планеты Земля благодаря своему уму и мужеству спасают человечество от вселенского зла, и надо же — точно в День независимости США, 4 июля. Там кругом американские флаги, Белый дом и все архетипы Америки: мужественный американский президент, морпех-афроамериканец, патриотичный реднек, гениальный учёный-эмигрант и все такое.

Конечно, все это нелепая вампука, и мы, школьники, это прекрасно понимали и иронизировали над этим. И тем не менее нам казалось это нормальным. Мне тогда виделось очевидной правдой, что США — это лидеры человечества, что американский флаг — это круто, что стоять под ним — честь, что американские военные — самые крутые, американские учёные — самые умные, американский президент — самый благородный и демократичный. Нам тогда казалось, что уехать в США и сделать там карьеру, неважно какую, — это как попасть в рай при жизни.

Что, если бы мне тогда сказали: а давайте снимем фильм, где инопланетяне напали на Землю, а борьбу за спасение человечества возглавили мужественные русские десантники совместно с учёными из МГУ, благородный российский президент руководил бы человечеством из Кремля, птицевод из Пестречинки встал бы плечом к плечу с рабочим «Уралвагонзавода», а освобождение планеты случилось бы аккурат 4 ноября, в День народного единства? Я бы, наверное, хохотал как сумасшедший. Кстати, примерно так и хохотали над фильмом «Защитники» Сарика Андреасяна, который, конечно, не шедевр, но объективно не хуже иных американских фильмов о супергероях.

Вот и вопрос: почему для США такое делать — это нормально, а для нас — кринж, испанский стыд и вообще фу? Потому что сейчас я могу признать: мои школьные мозги были жестко промыты американским кино, и я это принимал с восторгом и даже этого не замечал. Я тогда презирал Россию за её отсталость и обожал Европу и Америку. Вот так работает американское кино, неважно, умное оно или не очень. Моя картина мира начала меняться лишь во взрослом возрасте, в 29 лет, когда впервые попал надолго в США и увидел, насколько реальность отличается от той картинки, которую нам показывали в фильмах.

Теперь я не хочу, чтобы в таком же ментальном плену, в каком был я, оказались мои дети. Пусть смотрят «Чебурашку», «Сказку о царе Салтане», богатырей, «Простоквашино», «Волшебник Изумрудного города». При этом американское кино пусть тоже смотрят, я его по-прежнему очень люблю и смотрю постоянно. Но определять менталитет российского зрителя зарубежные фильмы не должны.

Елена Драпеко первый заместитель председателя комитета Госдумы по культуре

— Я поддерживаю Владимира Владимировича в этом, он совершенно правильно сказал [о квотировании зарубежного кино]. У нас правильных фильмов довольно много, они снимаются. Сериалы у нас очень хорошие ИРИ ( Институт развития интернета — прим. ред.) снимает. Они с виду боевики, а на самом деле очень правильные внутри. Например, фильм «Август» хороший очень, удачный. Есть, наверное, ещё, которые я не видела.

Но самое главное, что сегодня наша отечественная кинематография — это большинство просмотров в кинотеатрах. Когда ушел Голливуд, у нас была просто катастрофа. Все кинотеатры рыдали, что они сейчас закроются, показывать нечего. И действительно, количество российских фильмов было очень небольшое, мы не могли заполнить этот вакуум, образовавшийся после ухода Голливуда. Поэтому срочно стали закупать индийское, бразильское, китайское и всякое другое кино для того, чтобы просто наполнить рынок. Одновременно стали усиленно финансировать производство отечественного кино через телевизионные каналы, через ИРИ, через фонд кино, само министерство культуры поддерживало. И сегодня мы достигли того, что отечественное кино превалирует на нашем рынке. А стало быть, мы можем уже квотировать иностранное кино.

Другое дело — качество нашего кино. У нас есть вопросы, но мы счастливы, что наша киноиндустрия выжила, а сейчас будем наращивать мышцы и производить хорошее кино, будем за это бороться. Но сначала надо было заполнить рынок.

Когда мы на эту планку качественных фильмов выйдем? Это очень трудно сказать, потому что это вопрос кадров. И кадров не только в лице режиссёров и актёров. Самое главное — это среднее, обеспечивающее звено, так называемое «железо». Здесь надо, конечно, усиливать позиции. Мы разговаривали и с [генеральным директором «Мосфильма»] Кареном Шахназаровым на эту тему в своё время. Мы готовим людей, а потом вынуждены их увольнять, потому что кино закончилось. Финансирование на фильм прекратилось, и люди вынуждены увольняться. Нет штата как такового. Надо искать решение. Будем искать.

Мансур Гилязов драматург

— Конечно, снимаем! Но они, к сожалению, не очень попадают в прокат. Умные фильмы, они же некоммерческие, вот в чем беда. То есть они в основном присутствуют на фестивалях, это фильмы фестивального формата. Самые умные и патриотические, кстати, фильмы. В прокат же попадает такая коммерческая туфта, в основном пустая.

Я думаю, что нужны фильмы честные, высокохудожественные, которые прежде всего заставляют задуматься о подрастающем поколении. То есть не пустые, не жвачка. Только с высокой художественностью, вот это в первую очередь. А когда человек задумается, он начинает и понимать, что происходит в мире и в нашей стране.

Таких фильмов сейчас нет, потому что они не имеют коммерческого успеха. То есть они не выходят в прокат либо не показывают серьёзные сборы, и те, кто даёт деньги на это, начинают задумываться: «А зачем мы дали деньги на этот фильм? Деньги же не вернулись». Должна быть поддержка со стороны государства — это единственный вариант.

В Татарстане именно такие фильмы стараются создавать. Вот все творчество Ильдара Ягафарова — это же фильмы, которые заставляют задуматься. Фильм «Исәнмесез», например. Я считаю, что это достаточно высокохудожественные фильмы все.

Айрат Гимадутдинов управляющий партнёр аудиторско-консалтинговой компании «Аудэкс»

— Я нечасто смотрю фильмы, но в последнее время вот так получилось, что посмотрел несколько. Ну такие семейные комедии. В принципе, мне то, что я посмотрел, понравилось. Они как-то отличаются от зарубежных, там больше добра, что ли. Вот артисты сейчас играют намного лучше, чем в нулевых. Видимо, сейчас актёров выбирают по талантам.

Нам нужны фильмы, которые учат доброму, вечному, истинному, наполненные смыслом. Может быть, они, конечно, должны быть интересны, обязательно должны быть интересны, но в них должны быть зашиты смыслы доброты, любви, семейного счастья.

Ильшат Рахимбай режиссёр

— Мне кажется, что в России вопрос с идеологическими фильмами так или иначе закрыт. Деньги, которые выделяются министерством культуры, фондом кино, ИРИ и другими большими организациями, которые поддерживают кинематограф, вряд ли будут потрачены на то, чтобы поддержать фильм, который не подходит по идеологическим соображениям. Большинство картин в принципе снимается на государственные деньги. Другая модель в России пока ещё не так сильно работает.

Также при получении прокатного удостоверения фильм в любом случае проходит цензуру, отбор через минкульт, поэтому он так или иначе будет содержать правильную идеологию. И здесь Россия в числе стран, где присутствует свобода слова, творчества. У многих включилась самоцензура, и люди не думают о том, что можно было бы сделать что-то противоправное в плане идеологии.

Но в целом творчество не терпит какого-то контроля. И опасность в том, что, если заиграться в эту игру, отобрать слишком много свободы, это может перейти в плоскость, когда зритель перестанет автору верить и смотреть картины. Здесь важно выдержать баланс.

Какие фильмы, постановки нам нужны? Сила искусства, сила творческих людей была и останется в неизмеримых вещах, когда автор или художник может считать что-то из пространства, что-то такое, когда нарушены законы космоса. И эти люди считывают эти коды и пытаются искривленные состояния космоса передать через кино, музыку, стихи, картины. Я могу романтизировать эту тему, но если встретить правильных людей, правильных авторов, то можно как раз выпрямить это пространство.

Почему таких произведений все ещё мало? Хороших, классных произведений, которые раскрывали бы те темы, о которых я говорю, их всегда было не очень много. Потому что это всё-таки о сложном искусстве, они требуют какой-то безусловности, любви к ближнему, связи с Богом. Поэтому такими произведениями занимаются не все. Все ушли в удовольствие, в себя, в индивидуализм.